Мировая экономика

ИИ повышает продуктивность ученых, но это не ведет автоматически к научным прорывам: когда анализ, расчеты и написание кода ускоряются, узким местом становятся проверка и валидация. Кроме того, ИИ подталкивает к исследованиям с предсказуемым, а не принципиально новым результатом.

Размером экономики может определяться потенциал ее влияния, но не всегда – само влияние, объясняет нобелевский лауреат Пол Кругман в лекции для ЕЦБ. Объединяя модели международной торговли с геополитикой, он предлагает пересмотреть привычные представления об экономической власти.

Все большая доля выпускников, получивших степень PhD в США, выбирают работу за пределами США и вне академической среды. При этом выбор академической карьеры по-прежнему определяется престижем альма-матер и статусом научного руководителя, усиливая стратификацию науки.

Экономика как наука – не просто знание о мире, а прежде всего способ на него смотреть. Поэтому вымышленный мир для экономиста – вполне законный объект исследования, а иногда и более удобный, чем настоящий.

Снижение рождаемости в мире изменило рынки труда, но, вопреки прогнозам, не замедлило экономику: страны с более низким уровнем рождаемости демонстрируют более высокий рост ВВП на одного трудоспособного, показывает в новой работе нобелевский лауреат Дарон Аджемоглу.

Спустя десятилетие после принятия Парижского соглашения о противодействии глобальному потеплению вредные выбросы растут, общество недооценивает масштабы рисков, а принимаемые меры запаздывают. Если эти тенденции сохранятся, кризис может стать неуправляемым, считают эксперты ЕЦБ.

С 2025 по 2035 г. в странах с развивающейся экономикой достигнет трудоспособного возраста самое большое за всю историю поколение молодых людей. Эта волна может стать мощным двигателем мировой экономики – при условии создания рабочих мест, что осложняется перманентными кризисами.

Цифровая экономика меняет природу классических факторов производства, описанных Адамом Смитом в «Богатстве народов» – трактате, заложившем основу экономической науки. Спустя 250 лет его идеи по-прежнему актуальны, однако новые реалии требуют их переосмысления.

Мир вступил в геополитическую рецессию – затяжную эрозию международного сотрудничества. Помимо этого тектонического сдвига, глобальную экономику меняют климат, демография и искусственный интеллект, несущий как экономические возможности, так и новые геополитические риски.

ИИ идет по пути, который ведет не к созданию новых рабочих мест, а к удешевлению уже существующих, считает нобелевский лауреат Дарон Аджемоглу. Он рассказал, чем «автоматизация» отличается от «коммодизации» труда и почему второе гораздо опаснее, чем кажется.

Общепринятая трактовка трансформации космического сектора США связывает оживление отрасли с появлением SpaceX, Blue Origin и других коммерческих компаний. Однако в действительности всплеск развития обеспечили «старые» компании благодаря политике по формированию новых рынков.

Считается, что внедрение генеративного ИИ выгодно всем компаниям. Однако непропорционально большой выигрыш от новой технологии получают компании с большой рыночной властью, что может усилить концентрацию на рынке и подорвать конкуренцию, показало исследование.

Повышение производительности труда, связанное с ИИ, будет значительно различаться в разных странах. Хотя страны, отстающие в использовании ИИ, могут выиграть от более дешевого импорта за счет внедрения ИИ торговыми партнерами, это не принесет им выигрыша в конкурентоспособности.

Главным испытанием для нового главы ФРС США может стать не столько политическое давление, сколько намерение сменить режим политики – сократить вмешательство в рынки, отказаться от публичных прогнозов и пересмотреть подход к индикаторам инфляции.

Кто становится нобелевским лауреатом по экономике? Экономисты не были бы экономистами, если бы не составили эконометрическую модель, описывающую логику Нобелевского комитета и предсказывающую вероятность получения премии конкретным экономистом в конкретном году.

Новые технологии распространяются по миру через деловые сети, но не всякое партнерство способствует внедрению инноваций. Ключевой фактор – не географическая близость и не принадлежность к корпоративной «семье», а интенсивный обмен данными и технологическая интеграция.

В течение ХХ века страны пытались регулировать мировые цены на различные сырьевые товары – от пшеницы и кофе до олова и каучука – с помощью соглашений. Но все попытки провалились. Исключением стала ОПЕК, отказавшаяся от фиксации цен и расширявшая свой альянс.

Нефть, полупроводники, рабочая сила, редкоземельные металлы – мировая экономика все чаще сталкивается с их нехваткой. Но действительно ли проблема в дефиците и способен ли рынок отрегулировать дисбалансы, обсудили участники дискуссии в РЭШ.

В составе международных резервов усиливается переход от доллара к нетрадиционным валютам, растет доля золота и его репатриация, замедляется интернационализация юаня. Но эти сдвиги не критичны: более серьезную проблему представляло бы ослабление статуса доллара как валюты-убежища.

В 1920-х Джон Мейнард Кейнс, ставший одним из влиятельнейших экономистов XX века, несколько раз номинировался на Нобелевскую премию мира, но так и не получил ее. Критика Версальского мирного договора сделала его слишком спорной фигурой для этой награды.

Стандартный подход в экономике развития предполагает универсальность применяемых реформ. Но как показывает практика, одни и те же меры в разных странах приносят разные результаты: в одних они способствуют развитию, в других – тормозят и даже отбрасывают назад.

Денежно-кредитная политика стран в последние годы все сильнее зависит от внешних потрясений. С начала 2020-х половина изменений процентных ставок в развитых экономиках вызвана глобальными шоками – это более чем вдвое больше, чем в конце ХХ века.

Прогресс в развитии ИИ может остановиться или, наоборот, ускориться и создать сверхинтеллект, превосходящий способности людей. Эксперты ОЭСР проанализировали вероятные сценарии развития ИИ в ближайшие годы.

Цена золота определяется переплетением фундаментальных и политических факторов. Почему значимость решений ФРС отошла на второй план, как на рынок влияют центробанки и бум ИИ, почему в золотоносной руде все меньше золота: разбираем главные силы, формирующие цену тройской унции.

Интеграция Китая в мировые цепочки поставок делает влияние его денежно-кредитной политики глобальным. Оно передается через торговые каналы, затрагивая даже крупные экономики вроде США, тогда как влияние на глобальные финансы остается ограниченным.

Доллар США считается валютой-убежищем, хотя этот статус начал все чаще ставиться под сомнение. И не без оснований: наш анализ показывает, что в последние годы доллар все больше отклоняется от поведения традиционных валют-убежищ.

Каким станет следующее десятилетие, зависит не столько от технологий и рынков, сколько от решений, которые принимают правительства стран. Министр правительства ОАЭ назвал основные развилки, которые в итоге определяют выбор между двумя траекториями развития будущего.

Небывалый рост экономик Гонконга, Сингапура, Тайваня и Южной Кореи во второй половине XX века называют «чудом»: мало кому из стран удается перейти из бедных в богатые в течение жизни одного поколения. Экономисты МВФ составили «инструкцию» такого прорыва для любой страны.

Изменения цветовой палитры на полотнах живописцев могут довольно точно указывать на бумы и спады экономической активности, доступность ресурсов, развитие технологий и рынков, показало экономическое исследование европейской живописи XVI–XVIII веков.

Демографические изменения «перекроят» экономику в ближайшие десятилетия. В отличие от развитых стран, развивающиеся столкнулись с началом старения населения при значительно более низком уровне дохода и рискуют «состариться, не разбогатев».

Истинная экономическая мощь государства определяется не только его выгодами от взаимодействия с другими странами, но и его вкладом в их процветание. Новый «коэффициент торговой выгоды» позволяет составить картину глобального геоэкономического влияния через торговые связи.

Ценность обладания чем-либо для человека повышается, если другие этим обладать хотят, но не могут. Этот феномен объясняет, почему люди поддерживают протекционизм, даже если он наносит им материальный ущерб, но при этом дает чувство превосходства.

Китайская инициатива «Один пояс, один путь» изменила международные экономические и политические связи. Западные страны на это отреагировали по-разному: одни – сокращением инвестиций в страны «Пояса и пути», другие – наращиванием.

Отказ от доллара как глобальной доминирующей валюты в обозримое время маловероятен. Однако геополитика вкупе с современными финансовыми технологиями могут стать драйвером перехода к новому равновесию – с региональными доминирующими валютами.

Растущая геополитическая напряженность ведет к «секьюритизации» науки, то есть к ее подчинению целям национальной безопасности, констатирует ОЭСР в докладе. Это фундаментально меняет правила международного сотрудничества в сфере научных исследований.

Опасения по поводу деглобализации мировой торговли пока не подтверждаются, показало исследование. Страны переориентируют торговые потоки на геополитических союзников, но это не привело к сокращению ни глобальной торговли, ни благосостояния большинства стран.

Институты и культура сыграли ключевую роль в расхождении путей развития Европы и Китая задолго до начала промышленной революции. Фактором современного экономического подъема Китая стала его способность адаптировать свои институты и культурные практики к потребностям экономики.

Нобелевские лауреаты 2025 г. объяснили и доказали фундаментальную роль распространения знаний и конкуренции идей в экономике: именно эти факторы два столетия назад превратили экономический рост из спорадического явления в постоянное, и именно они поддерживают его все это время.

Возрождение промышленной политики происходит во всем мире. Наш анализ более 6500 нормативных актов стран показал, что развитые страны поддерживают высокотехнологичные, но уже освоенные ими отрасли, а развивающиеся – внедрение более простых, но новых для себя технологий.

Вывод Ричарда Истерлина, что рост экономики страны необязательно повышает уровень счастья ее граждан, сделанный в 1970-х, был много раз и подтвержден, и опровергнут. Новая работа специалиста по «экономике счастья» Ричарда Лэйарда дает объяснение этим противоречивым результатам.

Изменение климата может выступить фактором, перекраивающим карту глобального экономического и политического влияния в XXI веке, показали исследователи из Кембриджа, связав различные климатические сценарии с долгосрочными экономическими прогнозами для 164 стран.

Макроэкономические данные Китая стали независимым фактором формирования глобального финансового цикла, показало исследование экономистов МВФ. Раньше таким влиянием отличались только макроэкономические данные США и денежно-кредитная политика ФРС.

Прогнозируемый рост госдолга США ставит под угрозу экономическую стабильность, и в сложившихся политических условиях эту угрозу не предотвратить, считает экономист Грегори Мэнкью: вероятно, решение не будет найдено до тех пор, пока политикам не оставят выбора финансовые рынки.

Китай доказал: планы по росту ВВП можно выполнять десятилетиями. Но именно «достижение цели любой ценой» стало создавать риски для экономики, искажая ее структуру и вынуждая чиновников наращивать долг.

Способны ли другие валюты заменить доллар в международной торговле – вопрос дискуссионный. Помочь с ответом может уникальный эксперимент в Аргентине 2023 г., когда доля китайского импорта, оплачиваемого в юанях, за считаные месяцы выросла с нуля до 50%, потеснив доллар.

Пока развитые страны продвигали климатическую повестку как идеологическую, Глобальный Юг активно инвестировал в возобновляемую энергетику и новые технологические рынки. Но оба «мира» продолжают энергопереход. Что это означает для России, обсудили участники Финансового конгресса.

Поскольку альтернативы доллару как безопасному активу нет, в «мире без доллара», скорее всего, главной ролью международных денег будет не сохранение стоимости, а обеспечение платежей. Процентные ставки будут выше, ликвидности станет меньше, контроля над капиталом – больше.

Искусственный интеллект, квантовые вычисления, полупроводники – ключевые прорывные технологии и предмет геополитического соперничества. Исследователи сравнили, кто из трех крупнейших экономик лидирует в производстве этих инноваций и быстрее заимствует изобретения у соперников.

Глобальный деловой ландшафт стремительно меняется под воздействием мощных сил, охватывающих мировую экономику. Эксперты BCG выделили десять таких мегатрендов, влияние которых на деятельность компаний будет наиболее значительным.

Сдвиг в сторону высококвалифицированного труда, рост неформальной занятости, разрывы между образованием и рабочим местом: Международная организация труда фиксирует основные тренды глобального рынка труда. В этом году главный фактор влияния – эскалация тарифов.

Тарифная война США заставила мировые рынки усомниться в надежности доллара. Впервые вместо роста спроса на него как на «убежище» от потрясений рынки отреагировали распродажей долларовых активов, что может стать началом структурных изменений мировой финансовой системы.

За последнее десятилетие Китай стал крупнейшим кредитором развивающихся стран, обогнав МВФ, Всемирный банк и страны Парижского клуба. Это меняет мировую финансовую архитектуру: кредиты Китая создают буфер против шоков, снижая зависимость стран от глобального финансового цикла.

Какие возможны варианты развития тарифной войны США со всем миром, что они означают для развивающихся стран и для России, распадется ли ВТО и система многосторонней торговли – обсудили участники дискуссии в Российской экономической школе.

В последние десятилетия Китай развивал программы репатриации ученых, предлагая им финансовые и исследовательские стимулы. Это привлекло обратно в страну высококлассных специалистов, но могло ударить по качеству работы «местных» исследователей, не имеющих зарубежного образования.

Объявление президентом Трампом 2 апреля всеобъемлющих тарифов, похоже, стало началом экономической войны США со всем миром. Добавление к тарифам таких «переменных», как вопросы военной безопасности Европы, может дать США преимущество в этой «игре», но победителей в ней не будет.

Китай экспортирует все больше высокотехнологичных товаров, сближая структуру экспорта с развитыми странами и становясь их прямым конкурентом на рынках сбыта, показал анализ американских экономистов. Это может усилить геоэкономическую напряженность и возведение торговых барьеров.

Из-за геополитической фрагментации мировой экономики выросла значимость «нейтральных стран» как направлений для инвестиций в новые проекты. Экономики-коннекторы становятся мостом, через который страны из конкурирующих блоков могут получать косвенный доступ к рынкам друг друга.

Авторы научных статей из развивающихся стран фактически исключены из ведущих экономических журналов, их исследования получают намного меньше внимания, чем работы экономистов из развитых стран. Этот дисбаланс ограничивает экономическую науку и препятствует открытию новых идей.

Будущее мировой торговли может пойти по одному из двух путей – дальнейшей фрагментации или же диверсификации торговых отношений, прогнозируют аналитики McKinsey. Каждый из двух вариантов предполагает компромиссы между экономикой и геополитикой.

Постпандемический цикл мировой экономики завершается, считают экономисты МВФ. Начинается новый, особенность которого – расхождение в динамике экономического роста и инфляции между крупнейшими экономиками мира: США, с одной стороны, и Европой и Китаем – с другой.

В мировой экономике происходят крупные структурные сдвиги, обусловленные одновременным влиянием пяти фундаментальных сил – «пяти Д»: деглобализации, декарбонизации, долга, диджитализации и демографии.

Футуролог Эми Уэбб – о новом технологическом суперцикле, в котором объединятся три технологии: генеративный искусственный интеллект, биотехнологии и умные датчики.

Развитие генеративного ИИ создает развилку для развивающихся стран. Они могут либо стать богаче, укрепив конкурентоспособность своих экономик, либо, напротив, еще больше отстать от развитых стран в уровне жизни, считает эксперт Всемирного банка.

Считается, что источники инноваций – инвестиции в исследования и в человеческий капитал. Но есть еще один катализатор: качество институтов, причем институтов на локальном уровне, показывает опыт реформ государственных учреждений в Китае.